Vadim's second wife, Annette Blagovo, is a namesake of Anyuta Blagovo, a character in Chekhov's story Moya Zhizn' (My Life, 1896). Because Anyuta is tall and well built, she usually plays fairies or Slava (Glory) in the tableaux vivants:
 
За сценой, в дверях стояла Анюта Благово, тоже в шляпке, с тёмною вуалькой. Это была дочь председателя товарищеского суда, служившего в
нашем городе давно, чуть ли не с самого основания окружного суда.
Так как она была высока ростом и хорошо сложена, то участие её в живых картинах считалось обязательным, и когда она изображала какую-нибудь фею или Славу, то её лицо горело от стыда
; но в спектаклях она не участвовала, а заходила на репетиции только на минуту по какому-нибудь делу, и не шла в зал. (Chapter Two)
 
Slava (Fame) is mentioned by Pushkin in the opening line of his famous poem To Chaadaev (1818):
 
Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман
 
The illusion of Love, Hope, quiet Fame
pampered us not for a long time.
 
Slava looks like a stranger in this Trinity, Vera (Faith) being the usual companion of Nadezhda (Hope) and Lyubov' (Love). Vera is the name of VN's wife. Of all Vadim's wives (except "you" whom Vadim meets in his old age), only Annette Blagovo (who looks like Botticelli's Primavera, an allegory of Spring) seems to resemble somewhat Vera Nabokov.
 
Alexey Sklyarenko
Google Search the archive Contact the Editors Visit "Nabokov Online Journal" Visit Zembla View Nabokv-L Policies Manage subscription options Visit AdaOnline View NSJ Ada Annotations Temporary L-Soft Search the archive

All private editorial communications are read by both co-editors.